Московский

Монитор
Четверг, 29 Октября 2020 13:08

Пошли против “спрута”

0
1 октября 2020 г. 6:39
Андрей Белолипцев
Пошли против “спрута”

Экс-руководители минсельхоза Забайкальского края поплатились за борьбу с расхищением бюджета

Отношения между чиновниками, распоряжающимися бюджетными средствами, и обществом – налогоплательщиками, пополняющими бюджет, - у нас давно не самые радужные. Поэтому, когда бюрократов судят за разбазаривание или разворовывание казенных денег, общественность искренне радуется и ратует за самые суровые приговоры. Даешь, непримиримую борьбу с коррупцией! Однако кампания по этой борьбе порой принимает неожиданные обороты. Например, в Забайкальском крае правоохранительные органы ухитрились усадить на скамью подсудимых двух чиновников, решивших позаботиться о… сбережении государственных средств и их эффективном использовании! В Чите завершился судебный процесс по, мягко говоря, странному уголовному делу, которое многие наблюдатели считают откровенно заказным.

Громкое дело

Экс-министра краевого министерства сельского хозяйства Михаила Кузьминова и его бывшего заместителя Ирину Малакшинову задержали в феврале 2018 года. Им были предъявлены обвинения в «превышении должностных полномочий» (часть 1 статьи 286 УК РФ и в «воспрепятствовании законной предпринимательской или иной деятельности» (часть  статьи 169 УК РФ). Весной 2017 года правительство РФ направило аграриям Забайкалья 350 млн рублей для компенсации ущерба от засухи, случившейся годом ранее. По версии предварительного следствия, министр и его заместитель хотели, чтобы некоторые получатели субсидий вернули с этих денег займы, ранее полученные ими в региональном Фонде поддержки и развития АПК. От этого якобы и пострадал ряд сельхозпроизводителей, коим, по мнению гособвинения, был причинен ущерб на сумму более 10,5 млн рублей.

С самого начала это уголовное дело вызывало множество вопросов, которые остались без ответов и после оглашения приговора Ингодинского районного суда Читы. Кстати, вынесение вердикта откладывалось раз за разом более месяца, как будто за кулисами заинтересованные ведомства мучительно согласовывали, где поставить точку во фразе: “Казнить нельзя помиловать”. Руководствуясь не только принципами законности и справедливости, но и присущим представителям нашей судебно-правоохранительной системы инстинктом самосохранения. Как можно, например, оправдать Кузьминова и Малакшинову даже в отсутствие каких-либо доказательств вины, если их держали в СИЗО и под домашним арестом по постановлениям того же Ингодинского районного суда? И судья Сергей Иванов признал их виновными по ч. 1 ст. 286 УК РФ, назначив наказание в виде “лишения права занимать должности на государственной и муниципальной службе, связанные с осуществлением организационно-распорядительных функций и административно-хозяйственных полномочий” сроком на 4,5 года (гособвинитель просил для экс-чиновников у суда такой же срок в колонии-поселении).  

В то же время совершенно очевидно, что к реальной борьбе с коррупцией уголовное преследование двух экс-чиновников имеет такое же отношение, как огородная бузина к киевскому дядьке. В свои карманы Кузьминов и Малакшинова денег не перекладывали. Просто аграриям Забайкалья было рекомендовано с помощью одних бюджетных (безвозвратных) средств вернуть часть долгов по другим бюджетным (возвратным) вливаниям в их производства. Может, они кому-то перешли дорогу и с ними банально расправились руками правоохранительных органов под сурдинку борьбы с коррупцией? Чьи интересы вполне отчетливо проступают за страницами многотомного уголовного дела? Попробуем разобраться в этих хитросплетениях.

Казуистика полномочий

Решение рекомендовать аграриям вернуть займы за счет части средств федеральной субсидии приняло в мае 2017 года правление краевого Фонда поддержки АПК. Тогда еще министр сельского хозяйства Забайкалья Михаил Кузьминов участвовал в заседании правления фонда, где озвучил данное предложение. По версии обвинения, незаконно. Хотя в материалах уголовного дела нет ни одной ссылки на конкретную норму закона, должностной инструкции или иного нормативного акта, которые якобы была нарушена

Устав Фонда поддержки АПК не запрещает присутствовать на заседаниях правления иным лицам. Для участия в них приглашались специалисты, сотрудники иных организаций и заемщики. Михаил Кузьминов являлся членом попечительского совета фонда, а Ирина Малакшинова - председателем этого совета. И они вполне законно могли вносить свои предложения на рассмотрение правления фонда.

Более того, участие в заседании правления не означает участие в ПРИНЯТИИ РЕШЕНИЙ. То есть в голосовании. В нем-то бывший руководитель аграрного ведомства Забайкалья как раз и не участвовал! А члены правления фонда не являются подчиненными министра сельского хозяйства. Они самостоятельно принимают решения.

В то же время Фонд поддержки АПК не имеет никакого отношения к федеральным субсидиям. Ни его правление, ни сотрудники не могли повлиять на порядок выплат, и уж тем паче не могли угрожать своим заемщикам задержкой или невыплатой субсидии или ее части. Все что они могли - это РЕКОМЕНДОВАТЬ, проще говоря, попросить аграриев вернуть часть займов за счет компенсаций ущерба от засухи. Поскольку и сами займы многим выдавались в связи со стихийным бедствием, чтобы поддержать сельхозпредприятия до той поры, пока будет принято решение на федеральном уровне. 

Со стороны возглавляемого тогда Михаилом Кузьминовым министерства сельского хозяйства Забайкалья вообще не было никаких распоряжений, приказов и даже рекомендаций, в коих получение субсидий хоть каким-то образом было бы поставлено в зависимость от погашения займов Фонду поддержки АПК. Ни одного ведомственного документа, содержащего хотя бы намек на возможность задержки, полной или частичной невыплаты субсидии!

Тем не менее, следствие, а затем и гособвинение утверждали, что аграрии якобы могли получить полную сумму причитающихся им субсидий только после возврата займов фонду. Но это опровергается фактическими обстоятельствами, установленными в суде. Многие сельхозпредприятия сначала получали всю сумму субсидий («Норинское», ИП Бродягин А.В.), а уже после этого гасили займы. ИП Чипизубова, к примеру, получив всю сумму субсидии, вернуло фонду не "рекомендованную” сумму в 270 тыс. рублей, а лишь 140 тыс. рублей. В суде предприниматель показал, что эту сумму определил самостоятельно, так как перечисление денег в таком размере было допустимым для его предприятия.

Получается, что вопреки доводам следствия и обвинения никто не выкручивал руки забайкальским аграриям и не ставил получение федеральных субсидий в зависимость от возврата займов в краевой Фонд поддержки АПК. В чем же тогда “превышение полномочий”? В чем “воспрепятствование предпринимательской деятельности”? В чем ущерб сельхозпредприятиям, которые в любом случае обязаны были вернуть займы в фонд (не кредитные мошенники же они в самом деле)?

Но в Ингодинском районном суде Читы, судя по оглашенному судебному акту, не сильно ломали голову над этими вопросами. Просто уменьшили количество “потерпевших” с 11 до 7, исключив тех, кто уж совсем не вписывался в предложенный следствием и обвинением сюжет.

А в чем корысть?

Кроме того, предварительное следствие и гособвинение инкриминировали Михаилу Кузьминову и Ирине Малакшиновой корыстный мотив. Якобы они стремились обеспечить возврат средств в Фонд поддержки АПК, чтобы выдать займы двум сельхозпредприятиям - АО “Племенной заводу “Комсомолец” и ООО “Приаргунские просторы”.

Однако и тут у следствия и гособвинения вышла явная нестыковка. Допрошенный в суде предприниматель Валерий Нагель, контролирующий АО “Племенной завод “Комсомолец”, дал четкие показания: только форс-мажорные обстоятельства, возникшие осенью 2017 года, привели к тому, что он был вынужден обратиться за поддержкой - заемными средствами - в Фонд поддержки АПК. То есть весной 2017 года, когда правлением фонда было рекомендовано заемщикам-аграриям погасить долги, используя средства федеральных субсидий, ни Михаил Кузьминов, ни Ирина Малакшинова, ни сам Валерий Нагель не могли предвидеть, что успешному и устойчивому сельхозпредприятию понадобится помощь в виде займа. Машины времени в гараже забайкальского минсельхоза не было, да и сейчас нет...

Что касается ООО “Приаргунские просторы”, то в этом случае Михаил Кузьминов вообще направил в Фонд поддержки АПК письмо с позицией ведомства: заем не выдавать. Но предварительное следствие все равно указало на это как на “корыстный мотив”, хотя и не объяснило и тем более не доказало, в чем именно заключалась корысть экс-министра.

Показательно, что руководителя ООО “Приаргунские просторы” Александра Мельникова сторона обвинения в суд почему-то вызвать не захотела. Он был допрошен только по ходатайству защиты.

“Черная дыра”

Если отбросить все измыслительные “навороты” следствия, то ситуация предстает простой и ясной, как Божий день. Аграрный сектор Забайкалья давно слывет “черной дырой”, безвозвратно поглощающей всевозможные вливания, в том числе и бюджетные. Сельхозпредприятия охотно берут займы, но не спешат их возвращать. Об этом свидетельствует практика Арбитражного суда Забайкальского края. В 2016-2017 годах им было рассмотрено 24 иска Фонда поддержки АПК к местным аграриям. Общая сумма требований превысила 23,7 млн рублей. Большинство ответчиков просто не явились в судебные заседания. Один вообще прекратил свою деятельность. Только трое вернули займы после обращения Фонда в суд, но до вынесения решения о взыскании долга.

В комментариях к сообщениям СМИ о вынесении приговора Кузьминову и Малакшиновой и сейчас встречаются показательные утверждения о том, что “возврат средств в Фонд в принципе зависит от финансового здоровья предприятий”. Не от обязательств, взятых по договору займа, не от норм гражданского законодательства и обычаев делового оборота, а от субъективного “здоровья”! Переводится это так: “Хотим вернем, не хотим - скажемся “больными” и зажилим”.  

Среди ответчиков по арбитражным искам Фонда поддержки АПК есть компании, признанные “потерпевшими” по делу Михаила Кузьминова и Ирины Малакшиновой. Решениями суда с этих сельхозпроизводителей взысканы суммы 662 тыс до 3,2 млн рублей. Выданы исполнительные листы. Получается, что экс-министра и его заместителя держали в СИЗО и судили за то, что они добивались исполнения вступивших в законную силу судебных решений?

Противостояние

Даже беглый анализ показывает: уголовное дело Михаила Кузьминова и Ирины Малакшиновой не имеет ничего общего с реальной борьбой с коррупцией. Скорее, наоборот. Оно возникло на фоне противостояния между бывшим руководством забайкальского минсельхоза и группой агробизнесменов, привыкших практически без ограничений припадать к источникам бюджетного финансирования.

Еще за полгода до ареста чиновников конфликт выплеснулся в публичную плоскость. Тогда были названы имена тех, кто был кровно заинтересован в смещении недавно назначенного министра, оказавшегося принципиальным и жестким противником разбазаривания бюджетных средств. Более 70 руководителей сельхозпредприятий, глав и депутатов муниципальных образований написали в открытом письме губернатору Забайкалья: “Многое говорит о существовании в Забайкальском крае давно отлаженной системы по разбазариванию бюджетных средств, выделяемых на поддержку и развитие сельского хозяйства». Равноудаленные от местных аграрных кланов и группировок Михаил Кузьминов и Ирина Малакшинова встали этому «спруту» поперек горла, помешав беспрепятственной дальнейшей «дойке» госбюджета. 

Авторы обращения прямо указали, что кампанию против Михаила Кузьминова (на тот момент - информационную) развязали “без пяти минут фигуранты уголовных дел по имеющимся в Минсельхозе неопровержимым фактам нецелевого использования бюджетных средств”. При этом “за их спинами стоят люди, имеющие куда большие проблемы с законом и сами, как огня, боящиеся народной огласки своих нечистоплотных, с точки зрения финансов, деяний”. В числе таковых были названы "отсидевший несколько лет за хищение 65 миллионов рублей бюджетных средств, предназначенных для развития сельского хозяйства Забайкалья, экс-депутат Заксобрания края, а ныне хозяин газеты «Земля» Константин Наместников. А также известная многим сельхозтоваропроизводителям региона госпожа Седина, деятельное участие которой и позволило Наместникову похищать бюджетные средства и долгое время оставаться безнаказанным». 

 Седина Ольга Викторовна является участником или руководителем более 20 (!) коммерческих предприятий, большинство из которых – в сфере АПК Забайкальского края. Неоднократно попадала в поле зрения правоохранительных органов.

В декабре 2013 года было возбуждено уголовное дело по подозрению в хищении имущества в 58 миллионов рублей. Столько стоила пшеница, которую «Забайкальская зерновая компания» должна была по договору с государственным унитарным предприятием «Читинское продовольствие» хранить на Борзинском элеваторе. Но вместо этого Седина поручила сотрудникам переработать всё зерно, купленное на деньги Фонда поддержки АПК. Предприниматель смогла избежать суда, так как возместила ущерб урожаем своих предприятий. Впрочем, руководитель Фонда поддержки АПК Вадим Костенников сразу же отдал это самое зерно предприятию Сединой в качестве займа.

Второе уголовное дело было возбуждено в связи с тем, что компании Сединой не выплатили кредит Сбербанку. Из-за этого департамент госимущества Забайкальского края лишился двух объектов недвижимости в Чите, которые были предоставлены в качестве госгарантии. В январе 2018 года Центральный районный суд Читы, рассмотрев дело, огласил приговор: в неправомерном обороте средств Седину признали невиновной из-за отсутствия состава преступления, а за причиненный ущерб приговорили к 3 годам лишения свободы условно, тут же амнистировав её в честь 20-летия принятия Конституции РФ. Адвокаты предпринимателя обжаловали и этот приговор, после чего Забайкальский краевой суд полностью оправдал Седину.

По данным СМИ, ее деловым партнером и сожителем является экс-депутат Заксобрания Константин Наместников, осужденный в 2013 году за мошенничество с федеральными субсидиями. Информированные источники полагают, что у Сединой и Наместникова есть связи в правоохранительных органах и прокуратуре.

Экс-министр сельского хозяйства Забайкальского края Михаил Кузьминов, как минимум, несколько раз перешел дорогу гендиректору “Забайкальской зерновой компании” Ольге Сединой. В частности, краевым минсельхозом была проведена проверка достоверности данных об ущербе, причиненном сельхозпредприятиям засухой 2017 года. Как сообщало ИА Забмедиа со ссылкой на пресс-службу ведомства, «выяснилось, что некоторые аграрии попытались включить часть потерь урожая, полученных за счет собственных недоработок, в число последствий засухи». В ходе проверки было установлено, что «руководители таких организаций изначально не провели весь комплекс требуемых агротехнических работ и не посчитали нужным вложить необходимые финансовые средства для получения хорошего урожая». Имели место и откровенные приписки. В отношении возглавляемой Сединой компании такие факты были установлены в суде.

Кроме того, Михаил Кузьминов был против реструктуризации по мировому соглашению огромных долгов предприятий Сединой перед Фондом поддержки АПК на многолетний срок, считая, что средства нужны для поддержки и других сельхозпроизводителей Забайкалья. По данным открытых источников, с 2008 по 2016 год "Забайкальская зерновая компания” получила из фонда около 728 миллионов рублей. Эти деньги, в частности, уходили на погашение коммерческих кредитов. К апрелю 2018 года на долю компании приходилось около 90% дебиторской задолженности фонда -   537 миллионов с рассрочкой на целых 9 лет!

Совсем уж “достало” Ольгу Седину то, что Михаил Кузьминов не одобрил предоставление ее компании крупной субсидии, поскольку она и так уж перенасытилась бюджетными вливаниями по сравнению с другими предприятиями АПК и неоднократно фигурировала в уголовных делах.

“Шибануть министра”

Теперь прямая причастность забайкальской сельхоз-бизнес-леди к уголовному преследованию неудобного для нее руководства минсельхоза Забайкалья полностью подтверждена материалами дела. В том числе рассекреченными и исследованными в судебном заседании материалами оперативно-розыскных мероприятий. А именно - стенограммами бесед старшего оперуполномоченного УЭБ и ПК УМВД России по Забайкальскому краю с Ольгой Сединой и руководителем (теперь уже бывшим) краевого Фонда поддержки АПК  Вадимом Костенниковым.

Цитируем начало стенограммы оперативника (М) и Сединой (С), состоявшейся 13 января 2018 года (экс-министр был задержан 10 февраля):

М: Вот ваше заявление.

С: Отлично. И где-то там была пояснительная, она настолько подробная. 

М: Наверное, осталась в материалах у следователя.

С: Там всякие подробности. Я заявление, скажу честно, мы это делали с адвокатом.

М: Вам не обязательно здесь, чтобы изложить свою проблему, руководствоваться точными данными, вы можете и на память рассказывать, вы же помните.

С:  Она у меня есть, я просто не успела в пятницу поискать, я где-то готовила, может, она у меня и не в таком формате, я просила, мне адвокат поправил это все, окультурил так скажем, у меня заготовка своя, которую я дома писала...

Из этого фрагмента следует вывод, что “дело о субсидиях”, стоившее Кузьминову и Малакшиновой должностей и свободы на долгие месяцы, началось с заявления и пояснительной записки Сединой, которая готовила их тщательно и целенаправленно, с участием профессионального юриста. Она была в курсе того, как идет проверка, кто опрошен, какие дали объяснения в прокуратуре. В общем, судя по стенограмме, “рулила”, как хотела. А хотела в данном случае одного - убрать Кузьминова.

В ходе беседы с полицейским Седина предельно ясно сформулировала общую задачу: “Главное - шибануть министра”.

“Обработай своих”

Согласно стенограмме, вместе с оперативником УЭБ и ПК Седина отрабатывала некий список потенциальных свидетелей, расставляя “плюсы” и “минусы” напротив фамилий руководителей аграрных предприятий. Дескать, вот эти согласятся оговорить министра, а эти нет.

Более того, в присутствии полицейского Седина звонила по телефону начальнику управления сельского хозяйства Приаргунского района Александру Тюкавкину, ранее работавшему в ее компании, и уговаривала его, “обработать своих”, то есть аграриев этого муниципального образования. “Надо же, чтобы кто-то опять заявление написал... Саша, не подведите, потому что, ну, елки-палки, потому что если люди отказные напишут, ну и все... Саша, перед тем, как выпить, ты мне всех обзвони, чтоб они не дрогнули...”

И вот любопытное “совпадение”: все аграрии, признанные потерпевшими по “делу о субсидиях”, - из Приаргунского района. Видимо, “Саша” не подвел Седину, и “обработал своих”.

“Самые заинтересованные...”

Но главную роль в реализации плана Сединой, по ее словам, должна была сыграть чета Костенниковых, работавшая в то время “семейным подрядом” в Фонде поддержки АПК. Том самом, откуда возглавляемая Сединой “Забайкальская зерновая компания” черпала миллионы под льготные проценты и с рассрочкой на долгие годы (ныне Вадим Костенников возглавляет Читинский зоопарк, и в этом есть некий сакральный смысл).

Супругу экс-руководителя Фонда поддержки АПК Вадима Костенникова в беседе с полицейским Седина называла запросто, по имени, подчеркивая близкие отношения с их семьей. “Они, может, самые более заинтересованные люди... У него (Костенникова - ред.) контракт заканчивается в сентябре... Они, знаете, насколько заинтересованные люди...”, - убеждала оперативника гендиректор “Забайкальской зерновой компании”.

В чем, по мнению Сединой, были заинтересованы Костенниковы, догадаться несложно. У Михаила Кузьминова было много серьезных вопросов к руководству Фонда поддержки АПК. В том числе о причинах, по которым львиная доля займов фонда досталась “Забайкальской зерновой компании”. Сам Вадим Костенников рассказывал об этом оперативнику УЭБ и ПК: “У него (Кузьминова - ред.) на меня конкретный зуб...”

Контракт Костенникова заканчивался в сентябре 2018 года, и для того, чтобы оставаться на хлебной должности с высоким окладом, надо было что-то предпринять. Что именно? Ответ приходит сам собой: чтобы остаться самому, надо убрать с должности министра неравнодушного и беспокойного Михаила Кузьминова, и лучше всего сделать это руками правоохранительных органов.  

Заинтересованность Костенникова в уголовном преследовании экс-министра Кузьминова наглядно отражена в стенограмме беседы полицейского (М) с экс-руководителем Фонда АПК (К):

К: Сейчас последний случай интересный. 12 января в пятницу мне звонят: “Министр договорился с Нагелем выдать ему пять миллионов рублей”.

М: Вот об этом я с вами и хотел поговорить.

К: 19-го мы вытаскиваем пять миллионов рублей, которые по порядку ему не полагается. Правление принимает решение. Сейчас мы готовим протокол, я ему еще не перечислил. Протокол оформим, подпишем, договор заключим, перечислим. Это будет уже конкретный факт того, что ему перечислили деньги по решению, принятому с нарушением. По решению правления, принятому с нарушением.

М: Вот эти документы мне нужны будут.

К: Когда подпишем, все отдадим.

Обратите внимание, Костенников не случайно акцентирует: “По решению правления”. Он таким образом снимает с себя ответственность, хотя прекрасно осознает то, что считает нарушением. Но идет на него сознательно с очевидной целью: подставить Михаила Кузьминова.

Сценарий провокации

В ходе дальнейшей беседы Костенников первым употребляет слово “провокация”, хвастаясь перед полицейским, что сам искусственно создал повод для дискредитации министра и правления Фонда АПК: “Я давно занимаюсь финансами, поэтому у меня нарушений нет. В правлении нарушение по “Комсомольцу” (АО “Племенной завод “Комсомолец”, предприятие Нагеля - ред.). Это я немного спровоцировал эту подачу. Там все будет по решению правления, там к фонду не придерешься, т.е. к нам”.

Далее оперативник и Костенников подробно обсуждают, как представить все таким образом, будто именно Кузьминов дал непосредственные указания на выдачу займа, чтобы впоследствии приписать ему “корыстный мотив”:

К: Надо чтобы заплатить, а потом уже, кто сказал и где сказал, куда он ходил, это уже ваше.

М: Ладно, давайте тогда так поступим.

К: Потому что (если) мы не дадим ему денег, не будет предмета разбирательства.

М: А, допустим, вы ему там оттянете это время, он начинает вам звонить, спрашивать, мол, что вы там тянете...

К: Бывает. Но он сам звонить не будет, будет звонить вот этому... Сейчас мы ему перечислим, потом направим вам протокол решения, который типа он (Кузьминов - ред.) заставлял по ЧСу (засухе - ред.) собирать, что он присутствовал при этом. У нас вот протокол плохо написан, я на больничном был и писал не сам...

Просто восхитительно, какие же принципиальные, радеющие о государственных интересах люди беседуют! Руководитель Фонда поддержки АПК собирается перечислить крупную сумму денег по заведомо неправильному, как он считает, решению правления. А “борец с коррупцией” в полицейских погонах даже не пытается его остановить, одернуть. Напротив, радостно соглашается с его планом! Никому из них даже в голову не приходит уведомить министра или председателя правления, что с решением о предоставлении займа что-то не так, а протокол “плохо написан”. Вместо этого их откровенно, сознательно и целенаправленно вводят в заблуждение.

Но собеседникам еще предстояло решить проблему: как вынудить Кузьминова дать прямое указание о перечислении займа. И тут Костенникова осеняет: “Я подумаю, как ему сделать звонок. Может быть, просто, когда договор подпишу, да позвоню ему: “Михаил Николаевич, у меня все готово, там одну бумажку Нагель не донес, я думаю, что донесет, и что, я перечисляю? Он скажет мне: “Все перечисляй”. На что собеседник Костенникова из УЭБ и ПК прямо-таки возликовал: “Тогда точно, все верно, вот так и поступим”.

Это ли не сговор лично заинтересованного в дискредитации министра руководителя Фонда поддержки АПК с полицейским, видимо, тоже заинтересованным срубить “палку” в свой послужной список? На языке юристов это называется “провокация”, а по-простому - подстава.  

Наперекор всему

Верховный суд России в своих разъяснениях требует от людей в мантиях выявлять провокации и не принимать их за основу обвинительных приговоров. Однако следствие шло в полном соответствии с планом, вероятно разработанным Сединой, Костенниковым и другими лицами, жаждавшими устранения Михаила Кузьминова с должности министра сельского хозяйства Забайкалья. Как будто они, эти лица, руководили и направляли “процессуально независимых” людей в погонах.  А суд первой инстанции, вынесший обвинительный приговор, наперекор, фактам, логике и здравому смыслу, фактически легитимизировал практику провокационных  и заказных уголовных дел в Забайкалье вопреки правовой позиции высшей судебной инстанции страны.

Будет ли Михаил Кузьминов, просивший в последнем слове “не убивать веру в правосудие”, обжаловать приговор, пока неизвестно. От комментариев для СМИ экс-министр и его адвокат отказались. Учитывая все происшедшее и то, что Кузьминову на момент оглашения приговора исполнилось 60 лет (Малакшиновой - 59), вряд ли они стремятся продолжить служение государству. Да и веру в правосудие, возможно, все-таки убили...   

В то же время, если приговор вступит в законную силу, он, конечно, сильно взбодрит тех, кто привык паразитировать на бюджете. А заодно послужит своеобразным сигналом забайкальским аграриям, что им не стоит упираться на полях. Достаточно «грамотно» брать деньги у государства и не отдавать. Урожаев, правда, от этого не прибудет, но “пожирателей субсидий” это как раз и не волнует.

AnaRender